Чо будет, если сбросить на африканскую деревню ящик смартфонов?
Через пять минут дети научатся их включать, через две недели – начнут петь песни на английском. Но способны ли мобильные технологии решить проблему образования в странах третьего мира? Пока нет.

ТРЕНДЫ
5 дней назад
Михаил Левин

Примерно в сотне километров от Аддис-Абебы в кратере давно потухшего вулкана раскинулось сумасшедшей красоты озеро Венчи. За ним лежит Великая рифтовая долина, колыбель человечества, где несколько миллионов лет назад жили предки Homo Sapiens. Неподалеку расположились две крошечные деревни с милыми названиями – Вончи и Волончете. Их непросто назвать центром цивилизации – там нет электричества, телевидения и интернета, а местные люди не умеют читать и писать.

В прошлом году исследователи из Массачусетского технологического университета (MIT) привезли в Вончи и Волончете пару запечатанных контейнеров. Внутри находились несколько десятков планшетов Motorola Xoom на солнечных батарейках – по одному для каждого ребенка. Ящики с гаджетами так и стояли: без инструкций и сопроводительных записок.

Через пять минут дети не только достали планшеты, но и включили их, хотя никто из них никогда не видел и тем более не держал в руках ничего подобного. Через пару дней они перепробовали каждое из установленных образовательных приложений. Через две недели – начали разучивать песни на английском языке. Через десять недель – восьмилетний мальчик по имени Келбесса написал в пыли перед своим домом слово Lion. Через пять месяцев – дети разобрались в настройках Android и смогли активировать камеру, которая до этого была заблокирована. Впечатляет?

Эксперимент придумал руководитель медиалаборатории MIT Николас Негропонте, футурист и первый инвестор журнала Wired. Негропонте – технологический утопист, уверовавший в способность технологий трансформировать нашу жизнь к лучшему. В частности, он основал проект One Laptop Per Child (OPLC), в рамках которого начиная с 2005 года почти два миллиона школьников в бедных странах получили бесплатные ноутбуки. Сбрасывая на эфиопские деревни планшеты, в MIT пытаются доказать, что в комбинации с детской любознательностью компьютеры в одиночку помогут преодолеть пропасть в образовании, разделяющую страны первого и третьего мира.

Дело в том, что никогда еще информация не была такой доступной. Прямо сейчас, не отрываясь от компьютера, я могу с головой погрузиться в подробный четырехмесячный курс по «Современной американской поэзии» в Университете Пенсильвании или ознакомиться с основами «Статистической молекулярной термодинамики» в Университете Миннесоты. Благодаря приложению Khan Academy для iPad моя дочка, когда чуть-чуть подрастет, самостоятельно сможет разобраться в теории эволюции. Самое главное, что читая эти строчки, вы даже не удивляетесь: это норма.

Одновременно прямо сейчас на планете, по данным ЮНЕСКО, около 65 млн детей младшего школьного возраста в принципе лишены доступа к классическому начальному образованию. Они не только никогда не узнают про найденные не так далеко от Вончи и Волончете останки австралопитека Люси, но рискуют никогда не научиться элементарной грамоте. В последние десять лет этот показатель, преимущественно благодаря усилиям азиатских стран, сокращается с весьма неплохой динамикой, но достаточно одного визита в индийские трущобы и взгляда на пятьдесят сидящих на асфальте вокруг одного учителя школьников, чтобы примерно понять – каким образом.

Но представьте себе, что все эти дети получили бы доступ к планшетам и сервисам вроде Khan Academy? Теоретически современные мобильные технологии и интернет могли бы позволить развивающимся государствам попытаться наладить у себя футуристичную систему образования, миновав традиционный мир неквалифицированных преподавателей, ломающихся цветных мелков и скверных бумажных учебников. Это могло бы стать фундаментом для стабильного экономического развития.

С этой идеей неоднократно заигрывала научная фантастика. Разрабатывая софт для детей из Вончи и Волончете, в MIT вдохновлялись киберпанковским романом «Алмазный век» Нила Стивенсона, где рассказывается о том, как в руки девочки из шанхайских трущоб попал суперинтеллектуальный интерактивный учебник. А в прославившем писателя Вернора Винджа романе «Пламя над бездной» умный компьютер обучает грамоте и выводит на новый технологический уровень отсталую расу собакоподобных существ.

В конце 90-х годов прошлого века уже в реальных трущобах индийского Дели профессор Университета Ньюкасла Сугата Митра установил подключенный к интернету компьютер. За несколько месяцев местные дети без посторонней помощи и без надзора со стороны ученых научились им пользоваться. В основном играя в игры, тем не менее они смогли заметно улучшили свой английский язык. Под впечатлениями от проекта Митры Hole in the Wall была написана книга, которая впоследствии легла в основу фильма «Миллионер из трущоб».

Проанализировав эффект от программы One Laptop Per Child в тринадцати китайских школах, исследователи пришли к выводу, что уже через шесть месяцев после получения персональных ноутбуков дети показывали более высокие результаты на экзаменах по математике.

Подобные истории вдохновляют и заставляют с оптимизмом биться сердце, в ожидании, когда iPad в руке каждого эфиопского ребенка ознаменует скорое наступление светлого будущего. Но даже если согласиться с верой Негропонте и его сторонников в гигантский образовательный потенциал наших гаджетов, светлое будущее, к сожалению, наступит не так быстро.

Еще в начале этого века все страшно боялись глобального цифрового неравенства, когда отсутствие доступа к информационным технологиям лишь дополнительно увеличивало и без того внушительное отставание развивающихся стран от своих более богатых и преуспевающих конкурентов. Сегодня принято считать, что бум смартфонов и планшетов со временем решит эту проблему. Постоянное удешевление технологий и развитие открытых операционных систем привело к появлению невероятно дешевых устройств вроде планшетов Aakash на Android, которые правительство Индии закупает у британской компании Datawind за $40.

Но даже $40 – это слишком много для мира, где более 40% людей живет на $2 в сутки, а 20% – меньше чем на $1. Последним пришлось бы потратить на самый дешевый в мире планшет 1/8 своего годового дохода. По расчетам Мартина Хиберта из Университета Южной Калифорнии, компьютеры перестанут быть непозволительной роскошью для беднейших слоев населения только после того, как затраты на их приобретение и использование (оплату интернета и всех необходимых сервисов) не будут превышать $10 в год.

Существует также мнение, что на самом деле с наступлением мобильной революции цифровой разрыв начал не сокращаться, а лишь еще быстрее увеличиваться.

Недавний доклад Всемирного экономического форума предлагает не преувеличивать значение историй вроде сверхпопулярной в Кении мобильной платежной системы M-Pesa, с помощью которой местные жители могут переводить деньги на любые расстояния и покупать продукты. Все подобные достижения основаны на обычной телефонии, тогда как главные инновации должны быть связаны со скоростным мобильным интернетом. И тут все достаточно печально. Развитые страны по количеству людей с доступом к мобильному интернету обгоняют развивающиеся в 7,5 раза. Во многих странах Африки нет даже намека на 3G, а строительство необходимой инфраструктуры обойдется в миллиарды долларов и пока не ведется.

Возможно, несколько планшетов и умное программное обеспечение действительно способны сотворить образовательную революцию. Но прежде чем каждые Вончи и Волончете этого мира получат доступ к подобным технологиям – пройдет еще очень много лет.


http://slon.ru/appheroes/chto-budet-esli-sbrosit-na-afrikanskuyu-derevnyu-yashchik-s-planshetami-939082.xhtml